«Там, где мы встречаемся, нет суверенитета»

Местоимение «мы», которое Джон Перри Барлоу использует в своем эссе 1996 года «Декларация независимости киберпространства», относилось к только зарождающемуся, глобальному сообществу интернет-пользователей. Сегодня вы едва ли найдете подкласс этого сообщества, который принял эти провозглашенные идеалы так близко к сердцу, как пионеры криптовалют и блокчейн-технологии.

Барлоу, который умер на прошлой неделе в возрасте 70 лет, был важной фигурой среди защитников цифровых прав; он был одним из первых чемпионов безграничного интернета — явления, которое сегодня считается само собой разумеющимся, но которое боролось за существование еще в 1990, когда Барлоу стал соучредителем Фонда борьбы с нарушением конфиденциальности и гражданских свобод с помощью электронных технологий.

В прошлом автор песен для Grateful Dead, Барлоу видел киберпространство, как «мир, в который каждый может войти без привилегий или предубеждений из-за уклада жизни, экономического благосостояния, военной силы или места рождения, где любой сможет выражать свои мысли, вне зависимости от их своеобразности».

Хотя работа Барлоу концентрировалась на свободе самовыражения и приватности общения, поддерживаемые им принципы вдохнули жизнь в биткоин и другие криптовалюты, разработанные для гарантии конфиденциальности, обхода цензуры, открытые для всех.

Например, любой, кто имеет доступ в интернет, независимо от того, кем он является, и где он проживает, может загрузить основное программное обеспечение и использовать биткоин-кошелек для переводов другим пользователям, независимо от того, кто они, и где они проживают. Без посредников, которые могут прервать транзакцию. Точно так же, любой может ввести код в открытый проект, и другие члены сообщества примут или отклонят его работу, в зависимости от ее значимости, а не статуса или связей автора.

«В некотором смысле лучшее, что есть в биткоине и блокчейн-технологии в целом, относится к этому пониманию личной свободы, которую поддерживал Барлоу» — утверждает Патрик Марк, сотрудник Центра интернета и общества Беркмана Кляйна при юридической школе Гарварда.

Барлоу не был неисправимым оптимистом; сохраняя в целом позитивный настрой относительно возможности цифровых технологий улучшить жизни людей, он признавал и недостатки, и предостерегал от использования полярных категорий «хорошо-плохо» при рассмотрении этой темы.

«Разрабатывая инструменты, используемые в блокчейн и подобных вещах, вы строите одновременно архитектуру свободы и порабощения» — выступал Барлоу перед собранием технологов и предпринимателей в Стэнфордском Университете в 2015, — «То, что вы создаете, и методы, которыми вы это создаете, будут иметь долгосрочные последствия».

Это было важным сообщением для сообщества, согласно убеждению Примаверы де Филиппи, исследовательницы Национального центра научных исследований в Париже и Центра Беркмана.

«Нельзя утверждать, что устраняя посредников и будучи межнациональной, эта технология не может использоваться для укрепления существующих социальных, политических и экономических структур. Технология будет использоваться каждой стороной для поддержания ее собственных интересов» — заявляет де Филиппи, отмечая, что большая  часть инвестиций поступила в ПО от финансовых учреждений — т.е. тех игроков, которых биткоин стремится обойти.

И хотя технология блокчейн может помочь корпорациям улучшить прозрачность и упростить ведение учета, основная мысль Барлоу состояла в том, что «пока мы не инвестируем время и силы в построении способов применений для простых граждан, никто этого не сделает».

«Мне посчастливилось присутствовать на конференции в Стэнфорде, и я никогда не забуду, что Барлоу сказал о значении онлайн-анонимности» — отмечает Примавера.

Столкновение миров

Основные протоколы не регулируются и, вероятно, не могут регулироваться никаким государством, но на стыках миров, когда фиатные деньги конвертируются в криптовалюту и наоборот — могут и будут. Точно так же, хотя биткоин-адреса — псевдонимы, лицензированные криптовалютные биржи требуют от пользователей идентификации.

И в то время как первичные предложения токенов выпрашивают средства у пользователей со всего мира, в США они подлежат действию законов о ценных бумагах из эпохи «Великой депрессии», что четко дал понять председатель Комиссии по ценным бумагам и биржам Джей Клейтон во время недавних слушаний в Сенате.

Главная мысль — «усталые гиганты из плоти и стали», как Барлоу называл мировые правительства, хотят заявить о своей власти над киберпространством и реальным миром, где новые децентрализованные сети тесно связаны с централизованными.

«Если вы строите систему, которая привязана к существующим институтам „старого мира“, вы будете связаны правилами „старого мира“ — заявляет Марк, — «Именно здесь мы и сталкиваемся с государственным регулированием. С другой стороны, никто не говорит, что вы не можете управлять биткоин-узлом, т.е. заниматься деятельностью, возникшей из биткоина.

Сегодняшние веб-проекты 3.0 , такие как Filecoin, Blockstack и Sia, стремятся создать сети, которые действительно жили бы в абсолютно новом мире, но пока неизвестно, удастся ли им это.

Не беря во внимание вероятность создания отдельного виртуального царства, где «юридические понятия собственности, выражения, идентичности, движения и контекста» из физического мира не будут применяться, некоторые ставят под сомнение саму целесообразность такой идеи.

Для подтверждения своего мнения, что без контроля интернет неминуемо превратится в «войну всех против всех» скептики упоминают наиболее грязные способы использования  криптовалют — вымогательство и террористов — не говоря уже об онлайн-нарушениях, таких как кража интимных фото и видео и размещение в сети конфиденциальной информации.

Но, не потворствуя и не одобряя эти преступные действия, следует также оценить все выгоды для человечества: возможность единомышленников объединяться в сообщества независимо от географии; открытый доступ к знаниям для всех, без необходимости сидеть в аудитории по шесть часов в день; возможность компаний на разных континентах взаимодействовать друг с другом так же легко, как если бы они торговались на базаре.

Я подозреваю, что анализ затрат и результатов будет в пользу открытого интернета — и открытой финансовой системы. Пусть слова Барлоу и вдохновляют строителей новой цифровой экономики, будьте осторожны. «Гиганты из плоти и стали» может быть и устали, но у них есть пушки.